гудел, словно улей в жаркий полдень. Кто-то покупал, кто-то продавал. Невозможно было разобрать, на каком языке, на каком наречии говорят. Асхабад был многонациональным городом: здесь жили туркмены, русские, армяне, евреи, персы, узбеки, курды... У каждой национальности был свой район, своя улица, своя мечеть или церковь, даже были распределены профессии.
У самого входа на базар нас встретила смуглолицая цыганка с живыми, зоркими глазами, она обратилась к нам. по-русски:
— Дай руку, погадаю... Не пожалей несколько копеек. Не будешь раскаиваться. Тебя ждет известие.
Я остановился и спросил:
— Кого из нас ждет известие? Цыганка ответила, весело улыбаясь:
— Тебя. .. Известие не очень доброе. .. Кто-то подкапывается под тебя. Но все окончится благополучно. Скоро отправишься в дальнюю дорогу. Там тебя ждет большое счастье...
«Ты, я вижу, хитрая», — подумал я и, указывая на Элен, спросил:
— Скажи теперь, какая новость ждет мою ханум?
Элен, явно польщенная, рассмеялась. Цыганка, видимо, поняла, что она смеется неспроста, и серьезно покачала головой:
— Нет, она не ваша ханум.
Элен достала из сумки мелкие деньги и, бросив их на раскрытую ладонь цыганки, взяла меня под руку.
— Видите, даже цыганка определила, что наши сердца бьются не в такт, — сказала она и снова весело засмеялась.
Я думал о другом: какие бывают случайности в жизни! Выдумка цыганки в самом деле была близка к действительности. Меня ждали новости, это правда. Правда и то, что под меня подкапываются. Но я был уверен, что благополучно выйду из создавшегося неприятного положения. Возможно, мне действительно предстоит поехать в Австралию. Цыганка, конечно, много раз повторяла эту свою выдумку. Возможно, даже сегодня уже говорила эти же слова кому-нибудь другому. И следующему, наверно, скажет то же самое. Но как совпала ее выдумка с моими переживаниями!
На Русском базаре мы задержались недолго. Здесь не было ничего интересного, в основном торговали съестными продуктами — мясом, молоком, фруктами,