И в загородке для птицы остался только один-единственный обитатель -
некогда веселый лихой петушок, гордо расхаживавший в окружении жеманных кур.
А теперь? Взгляните на него: вон он круглый день стоит, понурый, на своей
одной неутомимой ноге. И с омерзением отворачивается от рассыпанных перед
ним плесневелых зерен и от тухлой воды в корытце. Без сомнения, он предается
трауру по своим погибшим подругам, которые были в буквальном смысле вырваны
у него одна за другой и исчезли безвозвратно. Но дни его траура сочтены, ибо
наш черный кок Мунго вчера сообщил мне, что получено наконец указание и
смерть бедняги Педро предрешена. В будущее воскресенье его изможденный труп
выставят для прощанья на капитанском столе, и задолго до наступления ночи он
будет со всеми почестями похоронен под жилеткой сего почтенного джентльмена.
Кто бы поверил, что может сыскаться столь жестокий человек, который желал бы
казни страдальцу Педро? Однако эгоистичные матросы денно и нощно молят бога
о гибели злосчастной птицы. Утверждают, что капитан не повернет к берегу до
тех пор, пока у него в запасе есть хоть один свежий мясной обед. Бедное
пернатое обречено послужить ему последним таким обедом, и, как только оно
будет поглощено, капитан должен образумиться. Я не желаю тебе худа, Петр, но
раз уж ты все равно обречен рано или поздно разделить судьбу всего рода
твоего и раз конец твоему существованию одновременно должен послужить знаком
нашего освобождения,- да по мне, признаться, пусть бы тебе хоть сейчас
перерезали горло; ибо, о, как я жажду снова увидеть живую землю! Даже сама
наша старая шхуна мечтает опять взглянуть на сушу своими круглыми клюзами, и
смельчак Джек Люис правильно ответил, когда на днях капитан обругал его за
то, что он плохо держит курс:
- Да видите ли, капитан Вэнгс, я рулевой не хуже всякого,- сказал он,-
да только нынче никто из нас не может удержать старушку на курсе. Не хочет
она идти ни по