десять песо на графа,— улыбнулся старик, выходя из бокса.— Удачи, синьорита!
Люке посмотрела ему вслед. Когда он исчез за поворотом, девушка открыла дверь и. села в автомобиль. Ее окутал смешанный запах бензина и кожи. Она скользнула к рулю и положила на него руки. В этом чувствовалась сила, настоящая мужская сила! Люке вспомнила, как сидела на коленях отца, когда он вел автомобиль в город. Какой большой она себя чувствовала тогда и как она махала рукой всем, кто смотрел на нее и видел, что она сама управляет! Даже толстому мистеру Сандерсу, полисмену, регулировавшему движение на Мейн-стрит. Он подошел поглядеть,, есть ли у нее права. Люке тогда было всего шесть лет.
К десяти годам она уже действительно умела водить машину. Отец разрешал ей кататься по пустырю позади и дома. Мать только укоризненно качала головой — Люке ведет себя совсем не так, как положено девочке. Вечно шатается возле гаража, в голове только машины, да еще слушает разговоры этих грубых парней-автомобилистов.
— Не огорчайся, Ма,— обычно защищал ее отец,— у девочки, еще достаточно времени, чтобы научиться готовить и шить. Да это и не так важно в наше время. Ведь все продукты теперь продаются.. Да и одежду мы покупаем готовой.
Люке радовала отца, который мечтал о сыне.
Ездить стало проще, когда Люке исполнилось шестнадцать, и она получила права. В то время ребята еще не беспокоили ее. Она не чувствовала потребности терзать их. Может быть, потому, что часто принимала участие в гонках, обычно проводившихся на Оушен-Драйв.
Девушка знала, что о ней думали, когда она впервые вышла на старт. Все считали, что она очень доступна. Люке знала, какие истории ходят о ней в школе. Когда в раздевалке ребята видели чью-нибудь исцарапанную спину, они начинали подкалывать этого парня. Но это не мешало им гурьбой виться вокруг ее автомобиля.
Однажды Джонни Джордан, их признанный вожак, раскачиваясь, подошел к ее машине. Сигарета прилипла к его губам.
— Как дела? — спросил он.— Где ты